Оми единственный, кроме нее, кто расположился за столом, он неохотно листает пухлую книженцию, даже не глядя на страницы.

Четыре парня. Ее семья. И пусть кому-то эта четверка покажется странной, дурацкой, неестественной или откровенно сумасшедшей, но ребята - семья, и с некоторых пор она - член этой безрассудной семейки.

- Ты где была? Я волновался!

Ран всё о том же… Стоит только ей уйти, едва стемнеет, как он начинает нервничать и мотать нервы себе и окружающим. Первое время после того, как она очнулась, он вообще не выпускал ее из дому, в школу ее возил кто-нибудь из ребят, а после уроков ее забирали. Ну никакой личной жизни, не говоря уж о свободе передвижения! Теперь Ран, наконец, не бросается искать Айю по всему Токио, если она выходит на прогулку, но вот такой вечерний допрос, похоже, не исчезнет никогда… Эти старшие братья!

- Мы волновались, - поправляет Рана Ёдзи, голос его звучит глухо - он снова высунулся в окно. Кен, не глядя, протягивает руку и хватает блондина за пояс брюк, сопровождая свой жест добродушными комментариями:

- Переживали, темно же, мало ли что… Ёдзи, пожалуйста, не вылезай из окна так далеко, а то вывалишься.

- Тут же первый этаж! - по голосу слышно, что Кудо ухмыляется. Словно нарочно, да конечно же нарочно, он перегибается через подоконник еще сильнее.

- Тебя отпустить? - вежливо интересуется Кен и чуть ослабляет пальцы, сжимающие ремень брюк блондина.

Длинное тело на подоконнике опасно кренится наружу, взмахивает руками, восстанавливая утраченное равновесие и задев при этом Рана, пальцы торопливо хватаются за раму. Парень сползает на пол, на лице вполне нормальный человеческий страх перед падением мордой *(простите, ну конечно же, у Ёдзи может быть только мордашка… ^_-)* в роскошный пышный розовый куст. Оми заливисто хохочет, Ран переводит взгляд с сестры на блондина, потирает задетое ухо и отворачивается к плите - ну что толку говорить с этим вечным ребенком?!

- Так где ты была?

- Гуляла.

- Просто гуляла? Одна? - в голосе Ёдзи послышались тревожные нотки *(те девушки, у которых такой же обожающий отец, как у меня, при живом воображении прямо-таки услышали сейчас эти нотки. Видимо, все бывшие охотники до женского полу по отношению к собственным дочерям несколько ИЗЛИШНЕ бдительны…)*.

Айя терпеливо подтвердила:

- Да, гуляла. Одна. Ох, там сегодня такие звезды на небе… - она мечтательно закатила глаза, вскочила со стула и закружилась по кухне, прижимая тонки руки к груди.

Оми солнечно улыбнулся, наблюдая за девочкой, потом вдруг нахмурился, выбросил вперед руку, поймал ее за локоть и уставился на подол юбки, озадаченно покусывая губу. Ёдзи снисходительно улыбнулся - растет пацан, вот и на девушек стал заглядываться наконец! Кен качнул головой, собираясь отпустить очередной комментарий… И в неожиданно наступившей тишине опасно зазвенел тревожный голосок подростка:

- Гуляла, говоришь? А откуда у тебя на одежде кровь?

Ран медленно обернулся, сжимая в руке ложку на длинной ручке, словно эта ложка могла по мановению ока превратиться в катану, улыбка ртутной каплей стекла с губ Ёдзи и расплылась лужицей у его ног, Кен выронил газету.

Айя мысленно чертыхнулась - как это она не заметила затерявшееся в складках пятно, да еще и такое большое? Посмотрела на излишне наблюдательного Оми взглядом, не обещающим ему в ближайшее время ничего хорошего, и поспешно приняла вид святой невинности.

Обидно, что это никого не обмануло. Ран сделал шаг в направлении сестры, прищурился, разглядывая заботливо растянутые Оми складки ткани юбки, и заявил:

- Кровь. Кровь определенно. И не пытайся мне тут рассказывать, что порезала палец или капнула кетчупом!

Ёдзи, не отводя от нее необычайно серьезного взгляда подозрительных зеленых глаз, протянул руку по направлению к плите и аккуратно сдвинул кастрюлю с огня, спасая забытый Раном ужин. Кен оперся кулаками на стол, не замечая, что топчет недочитанную газету. Оми продолжал хмуриться и цепляться за ее подол, словно маленький ребенок. Айя устало вздохнула, выдернула край юбки из пальцев подростка и раздраженно произнесла:

- Ну да, кровь, уж конечно не красное вино!

- Еще чего не хватало! - воскликнул блондин, машинально выключая огонь под яростно шипящей сковородкой.

- Ну и что? - продолжала Айя, воинственно встав в позу "руки в боки", - Ну что я, виновата в том, что ко мне пристали эти три отморозка?

- Пристали? - вскинулся Кудо.

- Три? - ахнул Оми.

- Отморозка? - процедил Ран.

-… *(простите, на Кена реплик не осталось. Будем считать, что он просто стоял с квадратными глазами и не находил слов)*.

Айе показалось, что все четверо сию же минуту схватятся за грудь в области сердца и рухнут на пол с инфарктами по причине: а) возмущения, б) тревоги, в) гнева, г) безмолвного ужаса. Она поспешно отступила назад и заторопилась:

- Ну да, всего три, и не такие уж они были отморозки, просто захотели повеселиться, а я подвернулась!

Сердечные приступы стремительно приближались - Кен уже начал задыхаться.

- Да не волнуйтесь вы так, я им накостыляла, но так, несильно, просто немножко по ушам дала. Они наверняка все еще там валяются… Кстати, Ёдзи, ты был прав насчет удара ногой в пах. Я отработала его до абсолютного автоматизма!

Парни переглянулись. Потом Айя сделал один осторожный шаг и медленно сел на стул, вернее, стёк. Ёдзи торопливо опустил ладонь на его плечо, то ли пытаясь морально поддержать лидера, то ли стремясь за него подержаться, чтобы не рухнуть рядом. Зато наконец обрел дар речи Кен:

- Айя, ты не ранена? Ты не пострадала? Они ничего с тобой… ну… не успели?…

Девочка досадливо передернула плечами:

- Чего вы так всполошились? Ребят, вы же сами меня учили обороняться! Неужели после ваших уроков самозащиты у парней оставался хоть один шанс?.. Ёдзи, отпусти, пожалуйста, плечо Рана, ты сломаешь ему ключицу! Кен, а ты, кстати, стоишь на ноге Оми.

Кудо разжал побелевшие пальцы, Кен шагнул в сторону. Ран серьезно и несколько испуганно взглянул на младшую сестренку:

- Айя-тян, какого…

Ёдзи поспешно шлепнул его по губам, напрочь забыв про пиетет, и продолжил уже сам, на ходу поймав мысль:

- Почему ты ушла гулять так поздно, скажи нам пожалуйста?

- Я же сказала, звездами любовалась! - удивленно протянула девочка.

- А возле дома, бл…

Теперь уже Ран, не оборачиваясь, ткнул локтем Ёдзи, попав тому точнехонько в солнечное сплетение. Эстафету перехватил Кен:

- Айя, кои, а возле дома что, звезды менее яркие? Не такие красивые? Или их меньше? И как ты могла уйти, если мы рассказали тебе о Шварц и, мать тв…

Оми очень вовремя отмстил Кену, наступив ему на ногу, и закончил:

- … и ты знаешь, насколько они опасны, и не только они! Ты хоть представляешь себе, каково в большом городе вечером гулять одной? Тем более в твоем возрасте и с твоей внешностью!

- Ну, да… - пробормотала Айя. Раньше парни при ней никогда не ругались, дело вдруг запахло керосином.

- Теперь да!!! - возопил Ёдзи, вскидывая глаза к потолку, - А если бы ты не отбилась? И снова попала в больницу? Ты брата до гроба довести хочешь? Чтоб своими, родными, а не руками врагов, а?

Айя всплеснула руками, возмутилась:

- Ну ничего же не случилось!!! Что вы надо мной трясетесь, как курка над яйцом? Я не хрустальная, не ребенок уже, мы с Оми, между прочим, практически одногодки! Только вот он спокойно отправляется с вами на задания, а если уходит гулять, никого не волнует, что его убьют или изнасилуют!

- Я же не девушка! - ахнул паренек, - А ты…

- А я - девушка, только девушка, которая умеет за себя постоять и в случае опасности, уж поверьте, не потеряет сознание от ужаса! То, что я пережила после того, как вышла из комы, очень способствует укреплению духа!!!

Все опустили глаза - они старательно обходили обсуждение этой темы в разговорах, дабы не напоминать девочке о труднейшем периоде ее жизни. Проведя столько времени в состоянии комы, она наконец очнулась - и с ужасом обнаружила, что надо учиться ходить и двигаться заново. Атрофия мышц… Как только медики позволили, парни перевезли ее домой, сначала ее посещал физиотерапевт, потом ею стали заниматься сами ребята. Они по очереди сидели рядом, развлекая грустную, усталую после занятий девочку, помогали делать первые шаги - Рану это давалось очень тяжело, каждый стон сестры отражался на его лице такой гримасой ужаса, что скоро она стала сдерживаться изо всех сил, закусывая губу. А если учесть, что даже самый маленький шажок отдавался страшной болью во всем теле, Айе приходилось проявлять потрясающую стойкость. Именно в те страшные месяцы девочка поняла, как же Рану повезло с друзьями: они оказались совсем не такими, какими их описывал брат, пока Айя лежала в больнице. Кен, по его словам, иногда вел себя, как неловкий подросток, но когда Хидака оставался с ней, они совсем не скучали, он знал множество потрясающе забавных историй и все грозился заставить играть ее в футбол. А уж если Айя делала свои упражнения под руководством Кена, он проявлял такое грандиозное, поистине нечеловеческое терпение, что с ним она выдерживала даже самые сложные и длительные процедуры, и, держась за него, делала иногда гораздо больше шагов, чем с остальными - Хидака постоянно повторял, что им спешить некуда, что младенцы учатся ходить почти год, и всегда находил слова, поднимающие дух девочки.

Оми, впечатлительный мальчишка тонкой душевной конституции из рассказов Рана, оказался внимательным, заботливым и очень упрямым парнем. Только с ним рядом Айя могла позволить себе чуть расслабиться и поплакать, делая очередной шаг, потому что он не жалел, просто молча выслушивал ее сбивчивые мольбы, о снисхождении, вытирал ее слезы и требовал сделать очередной шаг, не позволяя отдохнуть, пока она не выполняла свою норму.

Но вот Ёдзи, неугомонный, ехидный блондин, поразил ее и остальных больше всех. Во-первых, он взял на себя нелегкую обязанность помощи Айе в выполнении простейших гигиенических процедур наравне с Раном, просто и доходчиво объяснив всем, что ничего нового он уже не увидит, да и смутить его не так уж просто, в отличие от остальных. Айя тогда долго смеялась, слушая забавные доводы Ёдзи и наблюдая за тем, как меняется выражение лица Рана - он поначалу решил, что плейбой едва ли не домогается его сестры, и схватился за катану. И ведь Кудо уговорил-таки брата! А уж потом потрясающая сила его дара убеждения настигла девочку в полной мере - когда она делал упражнения под его руководством, он не орал, не издевался, не просил. Он просто пространно и очень доходчиво объяснял ей, ПОЧЕМУ она не имеет право бросать свои занятия, с каждым разом извлекая из недр своего потрясающего мозга все больше доводов. Богатейшая фантазия!

Когда же за Айей наблюдал Ран, она просто ШАГАЛА. Закусывая губы, смаргивая непрошеные слезы, чувствуя себя несчастной русалочкой из сказки Андерсена, ступающей словно по остриям кинжалов. Скоро она даже научилась улыбаться - так было проще выдавать слезы боли за проявление радости от сознания того, что кое-то начинает получаться. И когда однажды остальные парни вошли в этот момент, они увидели странную картину: Айя, вцепившаяся в поручни и смеющаяся до слез, а рядом - их красноволосый лидер, с испугом наблюдающий за каждым ее движением. Тогда Оми первым все понял и едва ли не впервые на памяти напарников непререкаемым тоном заявил:

- Ран, заниматься с Айей будем мы по очереди, а то ты совсем забросил дела! Так что иди наверх, тебя ждет куча бумаг, нам же в них никогда не разобраться.

Потом все четверо долго пререкались, упрямый брат что-то тихо доказывал, остальные трое выговаривали ему нечто неслышимое Айе, но явно весьма серьезное и строгое. В итоге Рана-таки вытолкали за дверь, после чего Айя разжала пальцы, рухнула на пол и с облегчением разрыдалась в голос - сил сдерживаться больше не было.

Через некоторое время девочка уже довольно смело носилась по дому, даже пробегалась по лестнице вверх и обратно, правда, нудные упражнения ужасно надоели. И тогда хитрые парни придумали нечто новое: Кен заявил, что со следующей недели в его смену они вместо скучной гимнастики займутся футболом, а Оми и Ёдзи проголосовали за, как они выразились, "необходимые симпатичной девушке основы самообороны". Правда, оба в один голос заявили, что Рану об этом знать уж совсем необязательно, потому как - убьет ведь. Вот ТАКИЕ занятия ей понравились, да еще как! Как сказал Ёдзи, талантами она явно пошла в брата. О том, чему теперь учат девочку его друзья, Ран узнал много позже и совсем уж случайно - не вовремя заглянул в зал. Потом он долго, со всей душой орал, досталось даже невиновному Кену, причем едва ли не больше остальных - как самому ответственному из троицы. Айю, правда, к тому времени выгнали делать уроки, но она осторожненько присела у самой двери, прислонив к ней ухо. Вот тогда она и услышала впервые, КАК ребята разговаривали между собой до ее появления в доме… Особенно ее впечатлило, сколь замечательно умеет ругаться Оми - эти современные подростки…

А потом все вдруг разом замолчали и Ран, кажется, впервые за все то время, что его сестра провела в доме, спросил:

- Скажите мне, почему вы все это делаете? Да, мы напарники, мы работаем вместе, живем, но вы ведь не обязаны, никто вас не заставляет! Для чего?

Ему ответил Кен. Он спокойно, обстоятельно, словно ребенку, объяснил:

- Не для чего, а ради кого. Ран, все так просто, неужели не понимаешь? Ради нее, ради себя. И РАДИ ТЕБЯ. Потому что мы не только напарники, мы давно уже стали друзьями. Мы не обязаны, мы этого хотим.

- Вы приняли ее так хорошо… Как родную. Словно она не только моя сестра… - тихо, очень удивленно произнес Ран.

- Айя - часть тебя и твоей жизни, а твоя жизнь - часть нашей. Так что в некотором роде она и наша младшая сестричка, - ответил Оми.

Девочка тихонько отползла от двери и отправилась в свою комнату - она больше не хотела подслушивать. Незачем. Все понятно, просто, обыденно. Она горько рыдала, когда узнала, что родители погибли, а теперь слезы катились по ее щекам, потому что она снова обрела семью.

О том, насколько члены этой семейки необычны, Айя узнала спустя месяц, когда парни после очередного ночного аврала, когда они срывались из дому в неизвестном направлении, оставляя одного присматривать за Айей, явились побитые, окровавленные и злые. Они вошли в холл и столкнулись лицом к лицу с девочкой, спустившейся в кухню за стаканом воды. Айя вытаращилась на них, Ран начал бормотать какую-то чушь, но она стукнула босой пяткой по полу и заявила, что завтра же утром они расскажут ей всё. После чего отправилась в свою спальню, оставив ошарашенных и полностью деморализованных парней зализывать раны. Утро было веселым - нелегкую миссию объяснительной беседы взял на себя Ёдзи, то ли как самый старший, то ли как самый уверенный в себе. Остальные разглядывали пол под ногами, будто не созерцали его вот уже многие месяцы.

После рассказа блондина Айя некоторое время сидела молча, переваривая свежеполученную информацию, потом поинтересовалась:

- Ну, и что в этом такого?

Парни вскинули головы, непонимающе глядя на девочку. Она повторила:

- Что такого? Было бы лучше, если бы вы были банкирами или финансовыми дельцами и доводили людей до самоубийства, не давая кредиты и разоряя компании? Слушайте, у вас, по-моему, одни сплошные проблемы, и вы сами себе их создаете! Я думала, у меня комплексы! Да вы на себя посмотрите!

Парни уставились друг на друга, словно по команде.

- Ран, какого черта ты обвинял себя в том, что со мной случилось? Ты не мог повлиять на это никоим образом. И что за идиотская идея - называть себя женским именем, да еще и с сережкой в ухе рассекать! Бред! Шоу трансвеститов какое-то!

Лидер невольно дотронулся до своего уха - в первый же день после пробуждения Айя потребовала вернуть ей подарок. Вот, значит, почему.

- Оми, прости, но ты - какой-то вечный ребенок! Что за дурацкая привычка носить эти маечки и шортики? Я понимаю, трудно быть человеком без прошлого, но это не значит, что нужно непременно застрять в детском возрасте и нарабатывать себе новые воспоминания о детстве таким образом! Время-то идет, и юность проходит мимо, пока ты занимаешься ребячеством!

Цукиёно неловко поерзал на стуле - он как раз был одет в милую бело-голубую футболку и коротенькие синие шорты.

- Кен, тебя я вообще убить готова! Ты просто зациклился на своем футболе, будто нет других видов спорта, ты застрял в прошлом, все пытаешься что-то доказать себе и окружающим… Не надо! Я тебя обожаю, и отнюдь не вопреки тому, что ты не стал знаменитостью!

Хидака поспешно спрятал за спину очередную спортивную газету.

- Ох, а уж про Ёдзи я и не говорю! Потому что, прости меня, родной, но смерть Аски и твоя вечная вина - это полный бред!!! Я, между прочим, потеряла родителей, Ран едва не потерял меня, Оми утратил память, Кен - лишился сумасшедших перспектив. Знаешь, есть на свете такая дурацкая штука - обстоятельства. Так вот все мы - жертвы обстоятельств. Ты не виноват в смерти человека, если не направил на него дуло пистолета и не нажал курок. Так сложилось, этого не изменишь, бесполезно винить себя за то, чего не совершал. Знаете, мальчики, самое трудное - простить себя. Простите себя, после этого вам самим станет значительно легче.

Айя внимательно посмотрела на временно онемевшую четверку и добавила:

- Вы делаете то, на что не способны другие, и, если не хотите окончательно сдвинуться, придется принять себя и научиться гордиться свое работой. Всё, лекция окончена, я в школу, кстати, поеду на автобусе, как все нормальные дети, и плевать мне на ваших Шварц. Насколько я поняла, они тоже работают под заказ, а я - не настолько опасная личность, чтобы платить за мою смерть большие деньги. Счастливо!

Тогда она настояла на своем, и до сегодняшнего дня ей казалось, что парни наконец начали воспринимать ее всерьез. Но теперь…

- Да все в порядке, правда! Ну погуляла, нарвалась, поколотила придурков и вернулась. Что такого? Конечно, если бы я была парнем, все посчитали бы это нормальным! - обиделась Айя.

- Если бы ты была парнем, они бы к тебе не пристали, - буркнул Ёдзи. Кажется, он уже пришел в себя.

- И вообще, мне же нужны впечатления, а то я только и делаю, что цветы сажаю да в школу хожу, а жизни и не вижу толком! - в ее голосе зазвенели слезы, - Вон, Ёдзи меня из школы забирает до сих пор, это же ужас какой-то! Он всех парней распугал своим дурацким "отмороженным" взглядом. Наверное, специально у Рана когда-то научился, долго отрабатывал перед зеркалом!

- Ну они же от тебя все только одного хотят! - насупился Ёдзи.

- Да, уж кому это знать, как не тебе! - съязвила Айя. Ран закашлялся, Оми истерически хихикнул, Кен закусил губу.

- И вообще, я есть хочу! Хватит уже меня пилить, - добавила девочка и примирительно улыбнулась.

И ужин был просто образцом единения непримиримых родственников, и вечер стал бы таким же милым, если бы к ним не заявилась Мэнкс. Айя быстренько ретировалась в свою комнату - девушка ее почему-то раздражала. Уж лучше заняться уроками!

Через полчаса Мэнкс ушла, а парни зашебуршились, собираясь на задание. Айя спустилась вниз - проводить, рассмеялась и на безмолвный вопрос ребят пояснила:

- Ох, чувствую себя матерью семейства моряков, провожаемых в рейд! Только платочка не хватает, чтоб махнуть вслед.

Ёдзи скупо улыбнулся, Оми сосредоточенно хмыкнул, проверяя свой боекомплект, Ран натянул плащ, мельком улыбнулся.

- До встречи. Не жди нас, ложись спать.

- Ни пуха! - отозвалась девочка, выталкивая всех за порог, пока ее не завалили инструкциями. Какое счастье, что они наконец перестали нести вахту дома! Трое - все же не четверо, а когда они все вместе выходят на задание, риск снижается….

Оставшись одна, Айя с удовольствие посмотрела по телеку боевик и очередную серию мыльной оперы - в качестве комедии, разумеется. Потом сходила в ванную и уже собиралась залечь с книжкой в кровать, как вдруг почувствовала настоятельное желание выйти из дому. Странно… Девочка набросила поверх розовой пижамы большой теплый халат, самым наглым образом выкраденный из комнаты брата, завернулась в него, спустилась вниз. Постояла перед дверью, анализируя неотступное желание оказаться снаружи, открыла дверь и, глядя в темноту, негромко произнесла:

- Шульдих?

Тишина. Потом из тени выступил одетый в белое рыжеволосый парень. Нда, она была права, если судить по описанию ребят, это и есть один из Шварц.

- Как догадалась? - тихий спокойный голос, никаких вкрадчивых ноток.

- Банальная логика. Какого черта мне на ночь глядя вдруг захотелось выйти на улицу? Нет причин. Вот я и сделала вывод, - объяснила девочка.

- Умная какая, - ей показалось, что Шульдих немного восхищен.

- Какая есть. Чего стоишь на пороге? Проходи, чаем напою, - предложила Айя, отходя назад. Она вспомнила прочитанный в книжке по психологии совет и решила, что в ее ситуации помочь может лишь тактика вежливого наступления.

Вот теперь Шульдих явно удивился:

- Приглашаешь? Не боишься, что я тебя… предположим, выкраду?

- Тебе меня заказали? - поинтересовалась девочка.

Парень приподнял брови, одобрительно кивнул:

- Черт, действительно неглупа… Нет, пока еще нет.

- Ну вот и заходи. Ребят дома нет, да ты и сам знаешь. Ты же зачем-то меня звал, поговорить хотел, а чего на пороге торчать?

Шварц медленно поднялся по ступенькам, вошел в дом, с интересом оглядываясь по сторонам.

- Иди за мной.

Они оказались на кухне, Айя указала на стул:

- Садись, сейчас поставлю чайник. У нас, кажется, печенье где-то было…

"Судя по всему, он сегодня мирный. По большей части, до поры до времени. Что ж, вариантов нет, продолжаем наступать, иначе сожрет и не поморщится. Надо его смутить!"

Шульдих несколько недоуменно наблюдал за тем, как абсолютно спокойная девочка, одетая в мужской темный халат, который ей явно велик, деловито, без суеты исследует полки шкафчика.

- Ну что ты стоишь столбом, садись! - Айя обернулась, держа в руках пачку печенья, и удивленно воззрилась на гостя, - Или куда-то торопишься?

- Нет… - Шульдих уселся на стул, взглянул на заваривающую чай девочку заинтересованными глазами.

Осторожно тронул ее мозг, считывая мысли, и оторопел: она действительно не боится, в ней - лишь та же спокойная сосредоточенность, что и в голове ее старшего брата. Никакого суеверного ужаса, прикрываемого маской равнодушия. Этакая вежливая хозяйка, слегка удивленная появлением неожиданного визитера.

Айя поставила перед парнем чашку, села напротив и выжидающе уставилась на него, не отводя взгляда. Черт побери, это у них что, семейное?

- Зачем ты пришел?

Шульдих глотнул обжигающую жидкость, опустил глаза, усмехнулся:

- Да так… Гулял я вечерком по Токио, и тут вижу - три парня пристали к школьнице. Дай, думаю, посмотрю, чем закончится? Ну, затащили они ее в подворотню, а девочка-то не промах оказалась, разобралась с ними по-быстрому и спокойно потопала дальше… Вот мне и стало любопытно, что ж за девочка такая, познакомиться захотелось.

Айя недовольно поморщилась:

- Прекрати паясничать, мы здесь вдвоем, не перед кем выпендриваться. Не юродствуй, терпеть этого не могу. Говори, зачем явился, а то ребята скоро вернутся и будет тут… разоримся на ремонте!

Шульдих поднял голову и с нескрываемым интересом уставился на собеседницу:

- Черт, ну и семейка!

Айя неопределенно пожала плечами, поправила сползающий с плеч халат:

- Не тяни. Чего надо?

Шульдих посерьезнел и неожиданно для себя честно признался:

- Не знаю.

В глазах девочки впервые промелькнул огонек интереса:

- Да? Это уже любопытно…

- Вот и я так подумал, когда младшая сестренка нашего храброго Абиссинца разметала троих болванов и как ни в чем не бывало вернулась домой. А дома что было! Ох, ребята заволновались, чуть ужин не испортили!

Айя дружелюбно улыбнулась:

- Ну, предположим, пролет с ужином - это для нас не ново, мы с Раном однажды так увлеклись просмотром передачи об истории холодного оружия, что спалили тефлоновую сковородку… Волнуются же они постоянно, вашими молитвами. Так что пришел ты как нельзя кстати, я хоть с врагом познакомлюсь, а то глупо как-то, ты не находишь? Вроде бы страшная угроза, а все, что я о вас знаю - что в Шварц входят четыре парня от 15 до 27 лет, один - в очках и при костюме, второй - рыжеволосый с банданой, плюс одноглазый шрамированный красавчик и пацан младше меня неопределенной внешности. Вот и познакомимся поближе.

Шульдих все это время рылся в мыслях собеседницы и уже даже почти начал ее побаиваться - она говорила чистую правду! Ее не повергал в суеверный трепет сидящий напротив убийца, между прочим, жестокий, извращенный и садистски настроенный. Вроде бы… По идее…

- Ты сумасшедшая? - осторожно предположил Шульдих, выкапываясь из ее мозга - все равно ничего толкового!

Айя весело расхохоталась:

- Я? Не уверена, а что?

- Ты меня не боишься.

- Ну? - она все еще не понимала.

- Я - Шварц. Я убийца. Говорят даже, что садист и извращенец, - на всякий случай напомнил несколько оторопевший рыжеволосый гость.

- И что? - изумилась девочка, отставляя пустую кружку, - А я - сестра бойца из Вайсс, живу под одной крышей с четверыми убийцами, которые днем работают продавцами в цветочном магазине, при этом один из них вечерами играет с детьми в футбол, другой ежедневно ходит в школу. По-твоему, это - не извращение? Кому из нас веселее, как думаешь?

Шульдих поперхнулся остатками чая, отодвинул свою чашку от греха подальше *(тьфу ты, эта фраза так не в стиле Шварц!)*, в который раз за вечер внимательно посмотрел на девочку и глубоко задумался.

- Забавно… У вас с Абиссинцем какая-то искаженная психика!

- Кто бы говорил! - парировала Айя.

- Нет, я серьезно! Ты же юная девушка, школьница, ты просто обязана быть чистой, наивной и невинной… Ну, или хотя бы одно из трех!

- Только что из ванной, - усмехнулась Айя.

- Да я не о том, - махнул рукой Шульдих, похоже, его вдруг одолели невеселые мысли, - Куда катится наш мир, если дети перестают бояться таких, как я? Черт, да мы уже просто почти кумиры молодежи! Это же ненормально!

И тут Айю пробило на смех. Она свалилась со стула в приступе истерического хохота, согнувшись пополам, держась за живот, она рыдала от восторга, катаясь по полу. Гость удивленно смотрел на девочку, ничего не понимая.

Отсмеявшись, Айя уселась прямо на полу, скрестив ноги, вытерла глаза и поинтересовалась:

- Слушай, ты сам понял, что сказал? Это у нас искаженная психика? Ну мы тогда все, блин, больные! Кстати, больной, ты все спросил? А то смотри, отягощенный раздумьями, не свалишь вовремя - тебя Ёдзи на куски проволокой перепилит, у него что-то комплекс отца разыгрался, в каждом мужчине он видит угрозу мне как девушке.

Шульдих несколько растерялся, сокрушенно покачал головой:

- Нет, она еще и издевается! К ней пришел убийца, а она поит его чаем и рассказывает о своих… так сказать, друзьях! Айя, детка, я все понимаю, я многое пережил, я претерпел от руки твоего замечательного братца и остальных…

- Стоп! - прервала его Айя и нахмурилась, - Замечательного? Слушай, а ты, часом, не увлекся Раном?

Шульдих скромно промолчал.

- Бедняжка! - посерьезнела девочка, и, судя по ее тону, она отнюдь не иронизировала, - Ну надо же! Черт побери, одностороннее чувство - это так обидно!

-Ну, не такое уж и "чувство", - справедливости ради уточнил Шульдих, - Есть и запасной вариант…

- Кто?

Молчание.

- Из наших? Сейчас угадаю… О Боже… Только не говори, что это Ёдзи!!! - ахнула девочка.

- А что? - заинтересовался Шварц, вскидывая глаза.

Айя смотрела на него с искренней жалостью:

- Боюсь опять тебя огорчить, но тебе и там ничего не светит…

- Почему? - обиделся Шульдих, - Я что, недостаточно хорош? Или он стопроцентный натурал?

Девочка покачала головой, словно удивляясь непредсказуемости судьбы:

- Натурал? О нет… Оба они "о нет"…

Глаза Шульдиха стали открываться все шире, челюсть отпадала все ниже.

- Догнал? Прости, но это факт. Крепись. Можешь, конечно, попытаться подловить Кена, но вот он как раз стопроцентный натурал. А Оми - ты, конечно, не ангел, но и на педофила не похож. Знаешь, тебя можно понять, в этом нет ничего страшного. Во все времена девочек из хороших семей тянуло к отъявленным негодяям, а ублюдков - к хорошим девочкам. Закон притяжения противоположностей, белое и черное, Вайсс и Шварц во все времена. Тебе просто немного не повезло, ребята наши отыскали друг в друге темные и светлые стороны и… притянулись, - Айя искренне сопереживала парню, даже поднялась на ноги и дружески погладила его по плечу.

- А давно? И почему я не прочитал у них в мозгах? - выдавил из себя слегка обиженный Шульдих.

- Ну, полагаю, не менее трех месяцев. Я сама тогда догадалась, они и не подозревают, что я знаю, - спокойно сказала девочка, - К тому же Ран наконец научил Ёдзи ставить блок на лишние мысли.

Шульдих поднялся со стула, тряхнул головой и изрек:

- Куда я попал? Я думал, я живу в сумасшедшем доме, но вы!!! Это не просто дурдом, это… Я слов не нахожу!!! Я и то нормальнее!

- Охотно верю. Не знаю, каков ты на заданиях, но мое сегодняшнее впечатление - нормальный парень, конечно, со своими закидонами, с другой стороны, у кого их нет? - пожала плечами Айя, - Ты на меня посмотри!

И Шульдих посмотрел. Очень внимательно. Пристально так, рентгеновским взором. Потом шагнул ближе, нависая над девочкой, и вкрадчиво произнес:

- А ты ведь очень похожа на своего брата!

- Че-его???

Она правильно поняла, определенно, это так! И, уверенная в этом, Айя совершила единственно возможное действие в подобной ситуации - произвела свой коронный удар ногой. Гость взвыл и согнулся пополам, девочка выскользнула в коридор с воплем:

- А ну пошел немедля вон!!! - и рывком распахнула дверь.

Парень, от изумления забывший разозлиться и устроить нахалке спазм сосудов головного мозга, неуверенно выпрямился и с трудом поплелся за ней, воскликнув:

- С ума сошла? Я просто хотел предложить заехать за тобой завтра после школы!

Айя озадаченно хмыкнула, пораскинула мозгами и отрицательно мотнула головой:

- Я в эти игры не играю! Завтра меня забирает Ёдзи, и вообще ты Шварц и извращенец, сам же сказал!

- Ну, мало ли чего ляпнешь по недомыслию, - буркнул Шульдих, сердито глядя на девочку, - И потом, ты тоже не эталон нормальности.

- Я, конечно, со сдвигом, - признала Айя, - Но не до такой же степени! Да тебя Ран в капусту порубит! Ты мазохист?

- Вроде пока не замечал в себе такого… - покачал головой Шульдих.

- Но псих даже больший, чем мне казалось, - прокомментировала Айя, - Столкнетесь вы, значит, с Вайсс во время выполнения задания, и что?

- И что? - заинтересовался парень.

- А то, что вы не в игрушки играете, смерть - это смерть, а мне дорога каждая капля крови моего брата и его друзей! Если уж быть до конца честной, я предпочитаю, чтобы они убили тебя, а не наоборот. Хоть ты и забавный. И собеседник интересный. Короче, прощай. Прости за…

Шварц пожал плечами:

- Да ладно, проехали… К тому же ты права. Эх, сколько раз Брэд ругал меня за мою импульсивность! Впрочем, был рад познакомиться, Айя-тян. Счастливо оставаться!

Шаг за порог - и он растворился в темноте. Девочка торопливо закрыла дверь, вернулась на кухню, вымыла чашки, уничтожая все следы пребывания на кухне чужака, и отправилась к себе - спать. Непрошеный гость ее очень утомил. Занятный парень, но уж слишком порывистый и впечатлительный… И чересчур опасный.

Проснулась Айя оттого, что кто-то изо всех сил тряс ее за плечи. Она распахнула глаза, ничего не понимая, в комнате было темно, а над ней склонилась какая-то трудноразличимая фигура и пыталась вытрясти душу из тела. Девочка собралась было заорать, но неизвестный гневно зашипел, и она успокоилась.

- Кен, прекрати меня теребить! - внушительно прошептала она, выпростав руку из-под одеяла и нашаривая выключатель бра.

Зажегся свет, она зажмурилась, а когда осторожно открыла глаза, обнаружила Кена, стоящего над ней в позе инквизитора и потрясающего кулаком.

- Кен, ты чего? - удивилась Айя, испуганно глядя на разгневанного парня, - Вы уже вернулись, да? Все в порядке?

Хидака стоял, открывая и закрывая рот, будто рыба, выброшенная на берег, потом обрел дар речи и шепотом заорал *(не спрашивайте, каким образом - сама не знаю, но, клянусь, у меня пару раз получалось. Очень, знаете ли, внушительно звучит, тихо и сурово…)*:

- В порядке? В ПОРЯДКЕ??? Мы-то вернулись, мы-то в порядке!!! А вот кого ты умудрилась притащить домой, пока нас не было?

- Я? Притащить? - изумилась Айя.

Она отчетливо помнила, что тщательно изничтожила все, что могло бы намекнуть ребятам о пребывании в их доме Шульдиха.

- Интересно, у кого из нас вдруг стали расти длинные рыжие волосы? - и он продемонстрировал ошеломленной девочке зажатый в кулаке оный предмет в количестве одной штуки.

"Упс, прокольчик", - подумала Айя и опустила глаза. Поймали…

- Мы, значит, за дверь, а она к себе таскает непонятно кого!

- Ран знает? - тихо спросила она.

- Нет, Ран не знает. Твое счастье, что на ЭТО наткнулся я, а не кто-нибудь из парней! Ты представляешь себе, что было бы с Раном? А как я испугался? Волос же точь-в-точь как у Шульдиха! Я думал, ты тут лежишь мертвая!!! А она, черт ее дери, спит!!! Интересно только, с кем! Вот погоди, расскажу остальным - Фудзимия тебя дома запрет на неделю, а Кудо поймает твоего поклонника и оторвет ему… хорошо, если голову!!!

Айя с интересом наблюдала за проступающим на лице Кена бешенством - она еще ни разу не видела, чтобы он так срывался. Он вообще никогда не срывался. Интересно, чего он такой злой?

- А с чего ты взял, что это парень, а не одна из моих подруг?

- Потому что у тебя нет подруг!!!

- Ну… одноклассница, - с надеждой пробормотала девочка.

- В твоем классе семь брюнеток, две крашеные блондинки, одна шатенка и одна девчонка с волосами а-ля Ран Фудзимия! Ни одной рыжей! - Кен был непреклонен.

Айя тяжело вздохнула, уселась на кровати, скрестила пальцы на удачу и решительно изрекла:

- Это был не парень, вернее, парень, но… не совсем.

- Как это? Подожди, или одно, или другое, - Хидака от удивления забыл о том, что должен рвать и метать, и вполне мирно присел на край кровати.

- Ну… не сплю я ни с кем… в гости кое-кто зашел…

- Кто? - потребовал немедленного ответа Кен, схватив ее за подбородок и глядя в глаза.

- Шульдих, - неохотно призналась Айя.

- Что-о-о-о?.. - Хидака от неожиданности едва не навернулся с кровати.

- С каких это пор ты оглох? - попыталась съязвить девочка, но при виде искреннего ужаса на лице Кена шутить как-то резко расхотелось.

- Шу-шу-шульдих??? И… что?

Он с трепетом ждал ответа, не замечая, что подсознательно уже шарит глазами по всем доступным для обозрения участкам тела Айи, разыскивая синяки и следы насилия.

- Ничего. Пришел, попил чаю, мы поговорили и он ушел, - пожала плечами Айя и с жалостью посмотрела на друга. Только сейчас она сообразила, что парень едва успел вернуться с миссии, наверняка ужасно устал, может быть, даже ранен, и ему сейчас для полного счастья не хватает разве что тревоги за глупую девчонку.

- Шульдих? - не поверил Кен.

- Клянусь тебе, тот самый пресловутый Шульдих. Кстати, довольно забавный парень. Немножко извращенное мировосприятие, но в целом очень даже адекватный молодой человек.

- Шульдих??? - похоже, Хидаку заело.

- Да, - устало повторила Айя, - Может, на этих ваших заданиях он и убийца, ну, так и вы тоже, знаете ли, не с игрушечными пистолетиками в ночь уходите. А в жизни вы - замечательные, а он… пусть не настолько замечательный, но, в принципе, вполне… терпимый. Смешной только! - и она хихикнула.

- Бред! - уверенно заявил Кен и дотронулся до ее лба, - У тебя жар.

- Неа… Ты прикинь, он на Рана глаз положил! - рассмеялась Айя, - Мало того…

В коридоре послышались шаги, знакомый голос негромко спросил:

- Сибиряк, ты где?

Айя юркнула под одеяло, погасив ночник, прошептала:

- Позже приходи, расскажу. И… Кен, не говори остальным, ладно?

- Хорошо, - прошептал Хидака, мельком погладил девочку по голове, подошел к двери, открыл и тихо, но внушительно произнес:

- Чего орешь, Ран? Сестру разбудишь!

- А чего ты там делаешь? - удивился Абиссинец, заглядывая в темную комнату.

- Предчувствие какое-то дурацкое было, поэтому и зашел. Все в порядке, спит.

- А-а, ну ладно, выходи, ванная свободна.

Кен заглянул через полчаса, позвал:

- Айя?

- Не сплю, - прошептала девочка, - Сюда иди, не хочу свет зажигать, вдруг кто заметит. Садись.

- Ну? - парню было ужасно любопытно.

- В общем, Шульдих запал на Рана!

- Так он же!..

- Ну, я так ему и сказала! Смешно то, что у рыжего был запасной вариант. Угадай кто?

- Не может быть!!!

- Ага, - тихий смех, стиснутый в ладошку, - Ёдзи!!!

- Какой облом!!! - Кен зажал себе рот, чтоб не заржать на весь дом, - Выбрал из всех нас именно тех двоих… Ох, умора!!! Ну что стоило влюбиться в меня, а? Почему в меня никто не влюбляется?

Айя с Кеном принялись хохотать, она - зарывшись лицом в подушку, он - зажав в зубах угол ее одеяла.

- Перестань, ты же абсолютный натурал! - бормотала девочка, восторженно колотя кулаком по постели.

- С чего ты взяла? - притворно удивился Хидака, - Конечно, с Раном и Ёдзи я пролетаю, как фанера над Парижем, эти сволочи влюблены друг в друга по уши… Но у нас есть еще Оми…

Кен и Айя одновременно вспомнили Оми, его огромные невинные глазищи, по-детски беззащитный взгляд, школьную форму - у обоих началась форменная истерика.

- Тогда уж скорее на очереди я! - с хохотом заявила Айя.

- Почему ты?

- Потому что ты - натурал, а какая еще девушка, кроме меня, сможет выдержать жизнь в этом дурдоме?

- Ну ладно, дождусь, пока ты подрастешь! - хмыкнул Кен.

- Смотри, пока будешь ждать, найду себе в школе парня!

- Попробуй. Интересно, сколько секунд потратят твой брат и Ёдзи на то, чтобы расчленить и выбросить его тело?

- Думаешь, тебя не тронут?

- Меня? Неа, я свой, поэтому для тебя тоже единственный вариант.

- А Оми?.. Ой, нет, лучше ты! Он, конечно, зайка, я его обожаю, но… Ты все же лучше, удобнее. Опять же опытнее! - улыбнулась девочка.

- Ну спасибо. Типа на безрыбье и рак рыба… - "обиделся" Кен.

- Неа. Типа мне ужасно повезло, что в этом доме живешь ты, а не Шульдих.

- Почему?

- Потому что он внезапно решил, что я очень похожа на Айю.

- Боже, надо срочно тебя спасать!!! - патетически воскликнул Хидака, мысленно делая в памяти "зарубку"- "взгреть рыжего по полной при первой же возможности".

- Вперед, на штурм Бастилии! - проникновенно продекламировала Айя.

И вдруг смех стих, словно по мановению волшебной палочки. Долгая тишина, легкий шорох. Звук поцелуя. Еще один. Сдавленное хихиканье.

- Что? Вот уж не думал, что целоваться со мной - это так смешно! Айя, прекрати!

- Я не к тому.

- А к чему?

- Кажется, штурм не понадобится. Крепость сдается без боя. Так сказать, на милость победителя…

- Ран? Спишь?

- Издеваешься, да? Иди сюда!

Дверь приоткрылась, впуская Ёдзи, тихонько закрылась, щелкнул замок. Блондин скользнул под одеяло, прижался к теплому боку, длинные волосы разметались по подушке. Ран уже привык, что эти замечательные на вид локоны постоянно щекочут тело, мешаются, лезут в глаза и в рот… Что делать… Не обрезать же, в самом деле!

- О чем думаешь? - тихо спросил Кудо, устраивая голову на плече любовника, - Миссия?

- Неа. Дети…

- Ты хочешь нарожать детей? - Ёдзи отпрянул в притворном ужасе.

- Ну вот еще! Тебе этих мало? - рассмеялся Ран.

- Хватает, знаешь ли… Так что дети?

Фудзимия вздохнул, погладил блондина по голове, перебирая длинные струящиеся пряди золотистых волос.

- Как думаешь, они знают про нас?

- Вряд ли. Разве им в голову придет? - снисходительно усмехнулся Ёдзи.

- Да, детям такое в голову прийти не может… Иначе Кен выпал бы в осадок, а Айя с Оми уже ходили бы на цыпочках и смотрели на нас круглыми глазищами.

- Ну конечно! Мы в их глазах - серьезные взрослые люди, крутые парни. С кого-то же надо брать пример!

Ран улыбнулся:

- Кстати, что ты думаешь про Оми и Айю? Тебе не кажется?..

- Ну да! - Кудо оживился, приподнялся и уставился на Рана блестящими глазами, - Подростки, почти одногодки, я тоже заметил! Хорошо, очень удобно, все же Оми - парень свой, правильный, всегда на глазах, без вредных привычек… Их явно тянет друг к другу!

- Эх, жаль, что Кен не интересуется девушками… - посетовал Ран.

- Думаешь, он тоже гей?.. - изумился Ёдзи.

- По-моему, он вообще никем не интересуется. Только футболом! - немного расстроено пробормотал Ран.

- Что ж делать… Ну, если ему так нравится… Надо уважать чужие желания… - блондин нежно провел пальцами по щеке Рана, осторожно дотронулся до губ - и Фудзимия тут же полез целоваться. Больше они не разговаривали.

Оми прислушался, выглянул в коридор - темнота и тишина. Выскользнул из комнаты, тихонько спустился вниз, вышел на улицу и расправил плечи. Порылся в карманах стильного пиджака, выкопал пачку сигарет, закурил, усмехнулся: Ёдзи, как обычно, проводит ночь у Рана, а потом под утро на цыпочках промчится в свою комнату, конспиратор хренов! Кен наконец догадался по дороге в свою спальню заглянуть к Айе, теперь, скорее всего, там до утра и останется. И чего было столько тянуть? Пара слепых котят!

Ну, а ему самому - еще одна, зато самая интересная миссия. Клуб, клуб, клуб… Забавно, они думают, что он по утрам такой усталый, потому что всю ночь сидел в сети. Смешные! Его сетевой бум кончился лет в четырнадцать, все мало-мальски интересное он к тому времени взломал, прочитал, узнал и хакнул. Теперь лазает в Интернет только по необходимости…

А вот клуб… Это да! Танцы, девушки, масса знакомств…Но остальным об этом знать необязательно. Опасно лишать взрослых их иллюзий, они привыкли к тому, что в группе есть человек, о котором нужно заботиться и беспокоиться, этакий вечный мальчик в шортиках и топиках, с наивными глазами и невинной душой. Да ради Бога, что ему, жалко что ли? Конечно, с тех пор, как появилась Айя, можно было бы начать "взрослеть", но парни так цепляются за свои идеалы… Хотят объект для ненавязчивой опеки - будет им объект. Чего не сделаешь для самых близких на свете людей!

"Объект" иронически усмехнулся и отправился вперед, навстречу ночным приключениям.

КОНЕЦ